Приветствую Вас Гость | RSS

Южноуральский Биограф

Среда, 19.12.2018, 00:01
Главная » Файлы » Воспоминания, собранные ЛГ "Раритет"

Из воспоминаний Игоря Иосифовича Тубера -(1)
28.07.2013, 18:44
* * *
Челябинский монтажный техникум был у меня на слуху еще в годы студенчества – мои братья учились в нем. Хотя я сам после окончания школы в 1970 году поступил на приборостроительный факультет Челябинского политехнического института. В те годы монтажный техникум, как бы сказали сейчас, достаточно серьезно «котировался», имел вес.
 
Когда мне предложили попробовать себя в техникуме, я почему-то не вдохновился. Выпускник ПС-факультета, я видел для себя иные перспективы, более радужные. Хотя подобные предложения давались не каждому. Дело было по молодости – хотелось попробовать свои силы на производстве, укрепиться в специальности, ощутить вкус жизни.
 
После распределения я даже не остался в Челябинске – уехал молодым специалистом в Пермь. Реальная работа, трудовые будни быстро развеивают романтические иллюзии. Почувствовал, что тоскую по родному Челябинску. У меня уже была семья. Тем не менее, мы собрались и вернулись с Камы на Урал.
 
Как у любой молодой семьи, перед нами стояла проблема с жильем. Нам повезло – в Челябинске мы сняли квартиру, и сразу на три года! Я работал в тресте «Уралспецавтоматика». Интересная работа по специальности, надежда на получение жилья – казалось, что жизнь удалась. Но три года быстро пролетели, и проблема своего угла снова возникла очень остро.
 
И снова появилось предложение перейти в техникум, где обещали комнату в общежитии. Хотя подобного перехода я даже не планировал, не представлял себе, как смогу работать с учащимися. Я был «чистым инженером», без каких-либо педагогических корней, и техникум мне казался чем-то совершенно неизвестным. Тем не менее, я принял решение, и в 1982 году принес в Челябинский монтажный техникум свою трудовую книжку…
 
* * *
Для начинающего преподавателя очень важна в первое время поддержка педагогического коллектива. К слову, в техникуме она всегда была на высоте – люди в пустоту не проваливались. Мне повезло еще и потому, что на отделении электросвязи уже работал Александр Николаевич Сусленков – мы учились вместе в институте на одной кафедре, хорошо знали друг друга, хотя он был на курс старше меня. Это обстоятельство – «однокашник рядом» - оказалось очень значимым. Александр здорово помог мне первое время, объяснил азы педагогической работы, помог разобрать, проанализировать трудные ситуации.
 
Другим человеком, которому я обязан своим преподавательским становлением, был Евгений Павлович Семагин. Грамотный инженер, интересный педагог, он был человеком искрометного технического ума, мог легко и своеобразно решать многие инженерные задачи. Кроме того, его отличало великолепное чувство юмора – он был блестящим рассказчиком, знал множество анекдотов и умел их подать. Он мне понравился сразу, и сошлись мы быстро, подружились. К сожалению, его жизнь оборвалась рано – Евгений Павлович трагически погиб в автомобильной катастрофе.
 
* * *
Но главным учителем в педагогическом деле было время – ежедневное, напряженное, час за часом, лекция за лекцией. Только на личном опыте можно понять тонкости учительской работы, через всю ту тысячу мелочей, с которой сталкиваешься ежеминутно. Никто другой не научит, как общаться с детьми, как разговаривать с родителями, как выстраивать и вести занятия.
 
Прежде чем прийти в техникум, у меня была возможность попробовать себя как преподавателя. Я тогда работал в проектно-техническом бюро систем управления треста «ГлавЮжУралстрой», был заведующим сектором. Мне предложили взять дипломников – учащихся монтажного техникума. Их было человек пять. Работа с ними шла хорошо, и даже не была в тягость. Мы вместе поехали на практику в Ульяновск и Волгоград. Ребята защитили дипломы на должном уровне. А во мне засела прекраснодушная мысль, что быть педагогом – достаточно просто, и что у меня к этому делу чуть ли не врожденный талант.
 
Холодный ушат реальной педагогической работы не заставил себя долго ждать. Первые три года работы в техникуме были самыми тяжелыми. Поначалу я повторил ту же ошибку, что и многие выпускники вузов, волею судеб оказавшиеся в системе образования, - копировать институтские образцы. Я также начал с лекции. Внешне все обстояло солидно: я выбрал достаточно жесткий стиль, стал именно читать лекцию. Ребята уши поприжали, сидят, что-то серьезно пишут. Так прошло одно занятие, второе, третье. Потом ко мне подошел один из студентов, староста группы, видный, колоритный парень из деревенской глубинки, хорошо знающий жизнь, и говорит прямиком:
 
- Игорь Иосифович, вы что-то не то делаете. Вы думаете, что кто-нибудь понимает все, что вы говорите? Никто не понимает. Письма домой пишут… А вы нам объясните попроще, на пальцах, чтобы дошло и на всю жизнь осталось…
 
И он был прав – нельзя читать лекции «всухомятку», к тому же читать подросткам, у которых базовые знания еще не сформировались. Это был первый опыт «обратной связи» с учащимися. После него лекция уступила место «инженерному диалогу», общему поиску решений на поставленные технические задачи. Свою первую группу АЭС-247, где были преимущественно ребята 15-16 лет, я помню до сих пор. Мы очень дружно прожили три года – до выпуска в 1985 году. А отношения поддерживаем и сейчас.
 
* * *
Преподавательская работа, конечно, требовала очень много времени. Первое время день перемешивался с ночью. Нужно было проработать курс, готовить занятия и лекции, заново начитать огромное количество материала. Если удавалось лечь спать в полночь – редкое счастье…
 
Ситуация выровняется лишь позднее – когда будет выложена основа для занятий, накопится достаточное количество конспектов, методик, планов. Было и на кого держать равнение. На нашем отделении преподавал радиосвязь Валерий Николаевич Назаров, замечательный преподаватель и отличный инженер, знавший предмет не только в теории, но и на производственной практике – до техникума он работал в различных организациях.
 
Студенты его очень любили. Открытый по характеру, интеллигентный человек, Василий Николаевич, хотя и спрашивал с ребят строго, выстраивал с ними глубокие отношения – практически на равных, на взаимном уважении, без заигрываний или сюсюкания, как это зачастую бывает в школе. Его отличала и особая культура речи. Можно сказать, он обладал «высокотехнологичным» языком – говорил ровно, четко и понятно объясняя тот или иной термин, постепенно вводил его в студенческий оборот, пока термин не «приживался» в головах и не становился фактом разговорной речи.
 
Моим руководителем на отделении был Григорий Сидорович Романенко, один из бывших выпускников монтажного техникума. Его страстью было научно-техническое творчество, и он многое сделал, чтобы ребята-связисты могли добиться успехов, «самовыразиться» в радиотехнике. Характер у Григория Сидоровича был весьма трудным. Не так-то просто было сойтись с этим человеком. Но специалистом он был великолепным; пленяла в нем и безупречная пунктуальность – он жил минута в минуту. Такой пример дисциплинировал и студентов, и преподавателей лучше любого приказа.
 
* * *
В Челябинском монтажном техникуме, и это его значительно отличало от других учреждений среднего специального образования, на достаточно большую высоту было поставлено научно-техническое творчество. Это было особой страстью, которой пропитались все специальности, все направления. Я вел кружок радиотехнического творчества. Радиотехникой я занимался и прежде – для себя, для души. А здесь появилась возможность вести несколько интересных радиотехнических тем.
 
Студенты постоянно принимали участие в выставках, представляли результаты своей работы. У нас было немало и публикаций в технических и научно-популярных журналах тех лет. На нас, естественно, висело «радиотехническое обеспечение» праздников и различных мероприятий. Мы развешивали громкоговорители, динамики, ставили усилители, аппаратуру, подсоединяли микрофоны.
 
* * *
Работа и полученный опыт воспитывают характер лучше всего. Сегодня я бы не позволил себе многих вещей, которые были раньше. В первые годы работы в техникуме у меня сложился довольно своеобразный имидж среди преподавателей – вспыльчивый по характеру, жесткий, импульсивный, склонный к конфликтам, «быстрый на расправу», не признающий по молодости никаких компромиссов. Если меня разозлить, то… В общем, портрет мало конструктивный.
 
Это со временем стало понятно, что тот же компромисс, где это необходимо, - вещь очень полезная и нужная человеку, а способность прийти к компромиссу, не нарушив нравственных принципов, – это уже искусство. Приходилось себя воспитывать, отказываться от излишнего апломба, который был поначалу – мол, я замечательный инженер-наладчик вычислительных машин, а тут меня какие-то подростки будут учить…
 
- И правильно делают, что учат, - говорил мне Николай Макарович Гузь, заведующий учебной частью. Уникальный человек, очень мудрый, с большим жизненным опытом, Николай Макарович помог мне разобраться в самом себе. Я с ним очень много разговаривал. Точнее, выговаривал свои неудачи или проблемы. У него был талант слушать и слышать. В ответ он говорил мало, но что ни слово, то в точку.
 
* * *
Очень многое давали сельскохозяйственные работы. В начале учебного года, в сентябре, ни студенты первых курсов вузов, ни учащиеся техникумов по всей стране практически не учились – дружно рассаживались по автобусам и ехали на колхозные поля собирать урожай. С точки зрения экономики, тем более современной – это очевидная глупость. Эффективность и производительность подобных десантов не выдерживали критики, а главное, расхолаживали самих колхозников, откладывали на потом внедрение новых технологий уборки и так далее.
 
Зато с точки зрения формирования коллектива – это был почти идеальный прием, перекресток, где можно было познакомиться, узнать друг друга, завязать отношения. В колхоз, как правило, отправляли учащихся первых курсов и молодых преподавателей. Здесь, на поле, как в котле, они и варились, а в техникум возвращались уже полноценной группой. Не будь такой возможности, такого колхозного месяца, то налаживать отношения в аудиториях было бы намного сложнее.
 
* * *
Первые преподавательские, педагогические успехи, естественно, пришли не сразу. Мне пришлось проработать около 4 лет, прежде чем получить первое признание коллег. В техникуме была такая должность – Председатель предметно-цикловой комиссии. Комиссия объединяла ряд сходных по профилю дисциплин.
 
Когда в 1986 году меня утвердили на эту должность, я, в принципе, уже был готов к ней – основная учебно-методическая база собрана, профильные специальности я тоже знал хорошо. Конечно, добавилось много работы. Председателю комиссии приходилось отвечать «по многим статьям» - это и организация методической работы, и формирование учебных планов, и кадровые вопросы, и организация производственной практики.
 
Но настоящий поворот произошел в 1989 году, когда меня назначили заведующим электромонтажным отделением. Я поначалу не очень хотел на эту должность – как-никак, жизнь преподавателя все же более вольготная, которая зависит лишь от расписания, а остальным временем можно распоряжаться по своему усмотрению. К тому же изменился не столько объем, сколько принципы подготовки к занятиям – достраивать новые вещи на готовом фундаменте проще.
 
А заведующий отделением – это уже четкая административная должность, сжатая со всех сторон четким регламентом, требующая постоянного рабочего времени и присутствия на рабочем месте. Но и масштабы были иные – с большим простором для организационной работы. Это был очень хороший опыт, тем более накануне радикальных перемен в стране.
 
* * *
Перестройка в стране начиналась вполне оптимистично – люди жили новыми надеждами, жали определенных преобразований. Но мало кто предполагал, насколько стремительно будут разворачиваться события, насколько быстро ситуация в государстве выйдет из-под контроля. Мощные центробежные силы дали о себе знать уже в конце 1980-х годов.
 
- Многие из нас стали отчетливо понимать, что начинается совершенно иная волна в разных сферах нашей жизни, в том числе и в образовании, - рассказывает И.И. Тубер. – Прежде всего, наметился отток кадров, который со временем стал практически тотальным. То там, то здесь стали возникать кооперативы, артели, товарищества. Люди уходили от низкой зарплаты, от вечного дефицита в поиск новых возможностей. Уходили в основном мужчины, сильные, грамотные, опытные специалисты.
 
- У меня тоже была мысль уйти, попробовать заняться каким-либо собственным делом. И когда в 1990 году мою кандидатуру выдвинули в директора, это предложение меня остановило. Вместе с директором Гельмутом Эриховичем Риккером я поехал в Москву, где был представлен руководству. В 1990 году я стал заместителем директора. А летом 1991 года был избран директором Челябинского монтажного техникума. Безусловно, нужно отдать должное Г.Э. Риккеру, его проницательности, способности взвешивать свои силы. В 1990 году, когда «закрутилась» история с перевыборами директора, он почувствовал, что не «вписывается» в новый формат работы, и сказал мне:
- В таких условиях я работать не смогу…
 
* * *
В перестроечном пафосе мало кто обратил внимание, как Челябинский монтажный техникум вдруг осунулся, обветшал. Материально-техническая база техникума на фоне новой информации, прежде всего, зарубежной, как-то сразу устарела; в корпусах и зданиях облезли стены, потекли крыши.
 
- Это действительно произошло как-то сразу, неожиданно, - вспоминает И.И. Тубер. – Хотя ничего удивительного или экстраординарного в этом не было. Зданию техникума исполнилось сорок лет, при этом никакого капитального ремонта в нем не проводилось. С крышами вышло, словно по сговору, - начали течь сразу в нескольких местах.
 
- Я поехал в Москву выбивать кровельный материал. Перестройка перестройкой, а инерция прежней советской плановой эпохи сохранялась. В столице мне, как молодому, начинающему директору, пошли навстречу и выделили для ремонта кровли целых 30 тонн профнастила! Вот только находились они в Ростове… Благо, удалось договориться со 2-м Челябинским автотранспортным объединением – они предоставили техникуму два мощных «супер-МАЗа», на которых и привезли из Ростова профнастил. Крыши перекрыли своими силами и в самые короткие сроки.
 
* * *
Вопрос о капитальном ремонте, а точнее, о коренной реконструкции всего комплекса зданий техникума, конечно, назревал давно. Эту работу в техникуме начали, пожалуй, в самый сложный момент нашей истории – на излете советской эпохи, в самом начале 1990-х годов, когда еще казалось, что крушения государственности еще удастся избежать.
 
- По советским меркам, по системе Госплана и прочих особенностей советской экономики, нам удалось сделать почти невозможное. А именно: вписать капитальный ремонт зданий техникума в планы 1992 года. Проект реконструкции делал челябинский «Горремстрой», причем, подготовил его со всей основательностью, предоставив несколько томов проектно-сметной документации. В бюджетные росписи и в расходы на капитальное строительство союзного масштаба реконструкция техникума была вписана отдельной строкой.
 
Какое-то время руководству техникума пришлось «прописаться» в Москве – стать постоянными гостями на площади Маяковского, где располагалось профильное министерство – Минмонтажспецстрой СССР. - Смета, выделенная нам на реконструкцию, буквально потрясала воображение – 1,6 миллионов рублей – баснословная сумма! Зарплата преподавателя в те годы не превышала и 300 рублей. На такие средства можно было бы развернуться в полную силу. У нас поначалу действительно дух захватывало. И все было бы замечательно, если бы не кризис 1991 года с его путчем, а затем и с развалом Советского Союза. Под обломками СССР оказались погребены и все прежние договоренности. Наши планы и проекты полетели в тартарары, а выделенные средства, которые к тому же стремительно обесценивались, так и остались только на бумаге…
 
* * *
Впрочем, кое-что из того плана реконструкции сделать все же удалось – благодаря заместителю директора по хозяйственной части Владимиру Васильевичу Белопашенцеву.
 
- Владимир Васильевич мне очень сильно помог, особенно в первый год моего директорства, - рассказывает И.И. Тубер. – Кроме него, мне не на кого было опереться в хозяйственных вопросах; в них я разбирался слабо. А Владимир Васильевич жил здесь, доглядывал за всем хозяйством, знал каждое здание до кирпичика. Он и забил тревогу еще летом 1991 года – по поводу системы отопления. - С нее надо начинать. Если сейчас не сделаем, то поплывем. Зиму не доживем. Да и не известно, будут завтра деньги или нет.
 
Система отопления, действительно, находилась в плачевном состоянии. Она прослужила техникуму 40 лет и износилась основательно. Все трубы в хомутах, текло то там, то здесь. Сядут студенты на подоконник (а эту дурную привычку очень трудно было изжить), поставят ноги на батарею – та обрывается…
 
Расходы на замену системы отопления были заложены в смету по реконструкции техникума. Подрядчиком по плану реконструкции выступала одна из челябинских сантехнических фирм, которой руководил Николай Поплавский. Его фирма, собственно, и спасла монтажный колледж.
 
- Мы взялись за ремонт уже глубокой осенью. Нас многие считали сумасшедшими – менять систему отопления зимой, в морозы! Но для нас очевидными оказались две вещи: менять нужно срочно и средства, пока есть, осваивать срочно. В ремонте шли методично – от стояка к стояку: отключая один и включая другой. При этом учебные занятия в не прерывались. Неудобства, конечно, были – строительный мусор, грязь, шум, запах сварки висел по всему колледжу. Управились за два месяца.
 
- Мы как в воду глядели! Из того, что было намечено планом реконструкции, больше ничего сделать не удалось. Сейчас я понимаю, какую радикальную головную боль мы тогда сняли, и теперь живем спокойно, не опасаясь за отопление, канализацию, водоснабжение.
 
* * *
Колледж, как и человек, должен всегда быть в хорошей форме, подтянут, без червоточин. Мы каждый год делаем достаточно серьезные вложения в ремонт и строительство. У нас на балансе 9 зданий – это и богатство, и ответственность. Своими силами мы отремонтировали все крыши, обновили фасады, сделали отделку внутренних помещений. Кроме того, у нас есть база отдыха. В начале 1990-х годов, когда средств не хватало на самое основное, она тоже оказалась в запустении, была в полуразобранном состоянии. Все восстановили сами. И сегодня каждую смену там отдыхают более 70 человек – как учащиеся, так и преподаватели.
 
* * *
Главное богатство любого человека, а тем более директора – это люди, которые его окружают, люди, с которыми вместе работаешь. Мне во многом повезло – как тогда, так и сейчас вокруг меня находятся люди, на которых можно положиться и которыми можно в полной мере гордиться. Время, и особенно сложные обстоятельства, многих проверяют на прочность. Начало 1990-х годов было именно таким временем: тяжелым, противоречивым, неоднозначным, требовавшим от человека полной мобилизации своих творческих, профессиональных, морально-нравственных сил.
 
- Когда рушился Союз, разрывались все прежние хозяйственно-экономические связи, а большинство предприятий, организаций, учреждений оказались брошенными один на один с целым ворохом хозяйственных проблем, у директоров техникумов, училищ практически не оставалось времени на организацию и совершенствование учебного процесса. Вот тогда я на себе испытал, что значит при директоре хороший завуч!
 
Всю учебную часть, планы, методическую работу взяла на себя Валентина Филипповна Устелемова, которая, имея огромный опыт партийной организационной работы, в конце 1980-х годов вернулась в техникум. Опыт организатора – богатство уникальное и тяжелое: не каждому по плечу, не каждому по характеру. А Валентина Филипповна чувствовала себя в этой работе как в родной стихии. Назвать ее просто «великолепным организатором» - значит, ничего не сказать.
 
- У нее было особое умение общаться с людьми, разговаривать с ними, вдохновлять их на что-то новое. Иногда решения, которые в те годы приходилось принимать, были очень болезненными, «били по карману», требовали времени, в том числе и за счет личного. Валентина Филипповна соберет педсовет, по-человечески скажет, что действительно, всем трудно, все устали. Но не помирать же теперь! И предложит какую-нибудь идею, не навязывая сразу, а оставляя другим время подумать. В итоге вместо унылого слова «нет» появляется позитивное: «А почему бы нет?»
 
К слову, так в колледже зародилась традиция отмечать юбилеи сотрудников и преподавателей. Зародилась в самое что ни на есть безденежное время, когда люди еле-еле концы с концами сводили. И все равно собирались и собирали на юбилей, помогая друг другу.
 
- Валентина Филипповна обладала достаточно редким чувством на что-то новое, на то, что мы сейчас называем инновационными технологиями. В любой традиционный уклад обязательно нужно вносить свежую струю, свежий воздух, иначе невозможно будет существовать. Но тогда, в самом начале 1990-х годов, мы не просто «открыли форточку» для инноваций – решились на целую революцию в организации учебного процесса.
 
В 1991 году появилась возможность перейти на новую форму обучения, на новый статус – высшее профессиональное училище, колледж. Эта возможность пока была лишь на бумаге, в виде методических министерских писем. Многие директора посмотрели на это, как на очередную «авантюру», каких было много за годы перестройки.
 
Но мы интуитивно почувствовали, что это направление – наше, и статус колледжа нам необходим. Сама идея колледжа – максимально приблизить уровень и качество обучения к вузовским стандартам. Мы поставили цель иметь «на выходе» более глубоких, более разносторонних специалистов. Начинали со специальности «Промышленное и гражданское строительство» - подготовить не только младших инженеров-строителей, что было базовой специальностью, но дать им азы организационной и предпринимательской деятельности, а главное – экономические знания в строительстве.
 
Немудрено, что вузы увидели в нас конкурентов. Чтобы заявить о себе как о колледже, пришлось в буквальном смысле перетряхнуть все наши прежние учебные планы, досконально пересмотреть их, изменить цели и задачи, определиться, какие результаты мы ждем. Эту большую работу вела Валентина Филипповна.
 
В 1991 году первый учебный план, соответствующий статусу колледжа, был составлен. - Мы вместе с Валентиной Филипповной повезли его в Москву – как раз накануне пресловутых Беловежских соглашений. Нас принял Владимир Григорьевич Шипунов, один из руководителей союзного министерства образования. Он и сам чувствовал, что вскоре от «союзной подписи» ничего не будет зависеть. Но пока он внимательно изучил наш план, обстоятельно расспросил: что и как себе мы представляем. Затем подписал все необходимые документы по преобразованию техникума в колледж. Мы вернулись домой с победой, радостные, взволнованные, хотя и понимали, что работа именно по колледжу еще только-только начинается.
 
* * *
- Мне повезло и заместителем по воспитательной работе. За этот достаточно сложный сектор в жизни колледжа отвечал Георгий Дмитриевич Полев, ветеран нашего техникума, человек, безусловно, интересный и яркий. В нем всегда пленяла внутренняя дисциплинированность, обязательность, способность четко, грамотно, в мельчайших деталях и пунктах вести организационную и воспитательную работу.
 
На плечах у воспитателя всегда много работы: это и непосредственное общение с детьми, необходимость «разруливать» сложные психологические и жизненные ситуации; это и общение с родителями, чтобы вовремя скорректировать поведение и характер подростков. Наконец, это постоянная организация и проведение всех спортивных, культурных, праздничных мероприятий.
 
Георгий Дмитриевич – человек военного поколения, и эта старая «закваска» проявляется во всем: в достаточно аскетичном характере, которому не нужно ничего лишнего, в привычке спрашивать за выполнение той или иной работы жестко, но справедливо.
 
- Георгию Дмитриевичу сложно дать его возраст. Всегда бодрый, подтянутый, спортивный, он не допускал никакой расхлябанности: ни в делах, ни в одежде, ни в общении. Мастер спорта по туризму, исколесивший половину страны, он постоянно находился в гуще спортивной жизни. Особой страстью был волейбол – Георгий Дмитриевич не пропустил ни одного соревнования; играл как с преподавателями, так и с учащимися. А спортивный азарт сближает людей очень крепко. Кроме того, на протяжении многих лет Г.Д. Полев являлся бессменным председателем профкома колледжа и руководителем музея.
 
* * *
- Заместителем директора по производственному обучению в начале 1990-х годов была Людмила Александровна Полетаева. Для колледжа такой человек был просто находкой, и последующим успехом мы были во многом обязаны именно ей. Людмила Александровна, очень грамотный инженер, специалист, профессионал своего дела, в свое время возглавляла техникумовскую комиссию по электромонтажному профилю. Причем, приходилось ей далеко не сладко – на специальности работали, в основном, мужчины, «тертые калачи», знавшие электрооборудование и монтаж «от» и «до».
 
- Как она с ними справлялась – Бог весть, - рассказывает И.И. Тубер. – Но у нее в характере была способность выбрать правильный тон в разговоре: не столько подчинить, сколько расположить к себе человека. В завершении, многих пленяла ее рациональная, четко выстроенная речь, какую не у каждого мужчины-логика услышишь. А если говорить о женском шарме!..
 
Производственное обучение в начале 1990-х годов представляло сплошное месиво – прежней инерции и нежеланием связываться со студентами. - В 1991-92 годах предприятиям было совершенно не до нас – дай да Бог самим остаться на плаву с наименьшими потерями. Шел безудержный дележ прежней народной социалистической собственности, предприятия приобретали новых хозяев на фоне обрушенных экономических связей. Лет пять кряду предприятия нас попросту в упор не видели… Людмила Александровна на личных связях сумела удержать всю студенческую практику – ездила по предприятиям, созванивалась, договаривалась. Каких трудов ей это стоило – неизвестно…
 
- Значительный опыт позволил Людмиле Александровне уже в наше, более спокойное время, внимательнее отнестись не только к производственной практике, но и к самой методике подготовки специалистов. На занятиях она скрупулезно вслушивалась, всматривалась, вживалась в суть урока, могла уловить такие педагогические нюансы, которые при первом взгляде остались бы не замеченными. Совершенно закономерно – в новейшей истории монтажного колледжа Людмила Александровна стала экспертом по качеству преподавания, полностью задействовав свой опыт учебно-методической работы.
 
* * *
В 1990 году Министерством образования СССР был разослан по учреждениям образования революционный для того времени приказ № 45, который давал техникумам огромную экономическую свободу и ознаменовал собой приход новой, уже рыночной эпохи.
 
- Полномочия, возможности, перспективы открывались просто масштабные, - поясняет И.И. Тубер. – Во-первых, в советские годы даже близко нельзя было подумать, чтобы техникум мог зарабатывать деньги где-нибудь «на стороне», самостоятельно. Во-вторых, приказ предусматривал минимальный финансовый риск. Было два счета: один – бюджетный, предусматривающий государственные средства на содержание техникума; второй – внебюджетный, то есть наш, собственный, куда поступали заработанные средства.
 
К новым «экономическим свободам» относились образовательные услуги: курсы и дополнительное образование, а также возможность вести предпринимательскую деятельность, организуя на базе техникума кооперативы и хозрасчетные предприятия. - Мы, естественно, не стали отказываться от таких возможностей, пренебрегать ими или откладывать дело на потом. Поэтому когда прежнее советское хозяйство стало стремительно разваливаться, у нас уже был определенный кооперативный задел, который и помог колледжу в трудные времена. Кроме того, кооперативы помогли нам закрыть многие «бреши», особенно на фоне тотального дефицита, который тогда царил в стране.
 
Первым появился кооператив «Контур». Далеко от строительного профиля отходить не стали – закупили оборудование по производству шлакоблоков, стали производить и продавать строительный материал. - Конечно, во всей этой идее была изрядная доля кустарщины, да и строить завод мы не собирались. Тем не менее, пока в близлежащей округе была потребность в шлакоблоке, а наше качество устраивало покупателя, мы были на плаву. Занимались и тем, что изготавливали несложные, но ходовые металлоконструкции. Затем в «производственной номенклатуре» появилась учебная мебель.
 
Работа велась достаточно серьезная. Вскоре кооперативные формы заменили на хозрасчетные подразделения. Так, в структуре колледжа появилось хозрасчетное предприятие «Техсервис», которое возглавил опытный инженер и хороший организатор Виктор Михайлович Прокудин. - Он сделал ставку на четкий подбор кадров, и выиграл. На предприятие он пригласил профессиональных рабочих, хорошо знавших монтажное дело, работавших с металлом, а главное – непьющих. Так что ни за кем особо ходить не было надобности.
 
Заказы были самые разнообразные. «Техсервис», к примеру, изготавливал оборудование для челябинских театров, на многих объектах участвовал в качестве субподрядчика. Для колледжа «Техсервис» производил учебную мебель, и буквально за два-три года эта проблема была полностью закрыта.
 
- Неплохую прибыль приносило изготовление металлических дверей и решеток. Двери, само собой, не были такими «навороченными», как сейчас, но на первых рыночных порах сослужили хорошую службу челябинцам. Неплохо получилось и с решетками: мы срезали прежние советские «глухие» конструкции и по всему техникуму установили распашные, отвечающие требованиям пожарной безопасности, красивые решетки.
 
Одновременно при колледже появилось хозрасчетное предприятие «Столярсервис», которое изготавливало двери и оконные рамы. - Здесь мы работали, можно сказать, исключительно на себя. Техникум был основным заказчиком. И объемы были внушительными. Через это подразделение мы заменили окна и двери во всем комплексе зданий. Можно представить, какой значительной оказалась экономия. Начальником участка был Алышан Гамидов, азербайджанец, очень опытный и порядочный человек. Позднее он уехал на родину.
 
Интересных хозрасчетных начинаний было немало. - Благодаря Валерию Ракульцеву, человеку, влюбленному в красоту уральского камня, у нас появился свой камнерезный участок. В мастерских мы расчистили помещение, установили хорошие шлифовальные станки. И дело пошло. Много работали с яшмой, делали шкатулки, подсвечники, канцелярские наборы, сувениры и многое другое. У меня в кабинете, например, до сих пор хранится каменный меч из зеленого змеевика…
 
Многие преподаватели, работники техникума в этих новых коммерческих условиях проявили себя с самой необычной стороны. Так, Михаил Григорьевич Гафаров, заведующий строительно-монтажным отделением, одновременно и неожиданно для всех решил организовать при техникуме… швейный цех. Позднее М.Г. Гафаров уйдет из колледжа и займется коммерцией, швейным делом уже профессионально. А в начале 1990-х годов, когда техникум приобрел несколько швейных машин, «на выходе» появилось много различной спецодежды, которую закупали предприятия и организации. Особым «шиком» стало производство камуфляжной одежды для охотников – с многочисленными карманами, патронташами и прочей атрибутикой. Охотничьи магазины с удовольствием брали эту продукцию на реализацию.
 
* * *
- Осенью 1991 года мы решились, наверное, первыми в городе, на создание учебно-коммерческого центра «Менедж». С одной стороны, оформить документы и подготовить учебные планы дополнительного образования было несложно. С другой, мы столкнулись с огромной инерцией бесплатного образования – люди не привыкли платить за обучение деньги. Тем не менее, в декабре 1991 года центр «Менедж» был открыт, а на следующий год проведен первый набор студентов. Возглавила центр Ирина Борисовна Знаева.
 
Специальности в центре были подобраны с учетом новых требований, специфики рыночной жизни. В советской системе никто не готовил ни коммерсантов, ни управленцев. «Менеджмент и право» казались тогда совершенной диковинкой. Не пройдет и пяти лет, как эта специальность приживется, прорастет во многих учебных заведениях. Учебно-коммерческий центр воспринимался неоднозначно и внутри самого коллектива колледжа. Суть в том, что центр первоначально был образован как самостоятельное юридическое лицо, с отдельным расчетным счетом, на который и поступали средства за обучение.
 
Очень скоро возникли «ножницы» между заработной платой в колледже и заработной платой в центре, которая была выше и к тому же дифференцирована в зависимости от «прибыльности предмета». За одни и те же учебные часы преподаватели получали по-разному. Естественно, психологического напряжения избежать не удалось, а деньги по определению провоцируют конфликтные ситуации. В 1996 году центр был реорганизован. Он вошел в структуру колледжа на правах отделения – «Менеджмент и право».
 
- История с учебно-коммерческим центром нас научила многому. При всех определенных «минусах», главным достижением центра стал хороший опыт эффективной работы на рынке платных образовательных услуг. В дальнейшем он трансформировался в способность балансировать между бюджетным и платным образованием, находить «золотую середину» по количеству платных и бюджетных мест, по стоимости за обучение. По сути, мы еще в первой половине 1990-х годов отработали принципы и формы современной образовательной системы.
 
* * *
Новое хозрасчетное и коммерческое начало в Челябинском монтажном колледже в те годы позволило существенно обновить материально-техническую базу. Практически все заработанные внебюджетные средства шли на эти цели.
 
- До ноября 1991 года, к примеру, в техникуме не было ни одного компьютера, - вспоминает И.И. Тубер. – Свой первый компьютер мы приобрели за внушительные деньги – за 40 тысяч рублей. Это был IBM-286 СТ. Машина, у которой объем жесткого диска не достигал и 1 Гб, а оперативная память не превышала 128 Мб, казалась нам настоящим чудом техники. Весь колледж ходил на нее смотреть. Внушали уважение даже съемные дисковые накопители – мягкие, из черного полиэтилена, чем-то напоминавшие гибкие маленькие музыкальные пластинки времен журнала «Кругозор». Сейчас этот компьютер по праву занимает свое место в музее колледжа.
 
* * *
В начале 1990-х годов во всей системе российского образования четко проявилась тенденция к увеличению числа специальностей. Челябинский монтажный колледж не стал исключением из этого процесса. За пять пореформенных лет количество специальностей увеличилось с 5-ти до 16-ти – как по техническим направлениям, так и экономическим.
 
Здесь тоже пришлось буквально пройти по острию ножа. С одной стороны, не расширяясь, не занимая новые ниши на рынке образования, консервативно надеясь на востребованность узкой специализации, можно было легко оказаться на задворках современных образовательных услуг. С другой стороны, требовались силы, чтобы преодолеть «искушение многообразием» и не распылять свой базовый профиль. Поэтому и выбирали такие новые специальности, которые бы тесно примыкали к строительству и монтажу.
 
* * *
- С обрушением Советского Союза в 1991 году оказались утерянными не только хозяйственные связи. Серьезной бедой, препятствием к развитию стало отсутствие координирующего центра. Конечно, можно по жизни вариться в собственном соку и не понимать, что это – тупик. Мы тогда очень остро почувствовали, что без взаимодействия, без объединяющей организационной структуры на уровне страны нам придется крайне тяжело.
 
В марте 1992 года в Екатеринбурге прошло уникальное совещание, на десятилетие предопределившее динамику развития учреждений среднего специального образования в строительной сфере. - Это был, в полном смысле слова, Съезд, проведенный на базе Свердловского колледжа транспортного строительства. Здесь были представители российского Минмонтажстроя, Минтрансстроя и целого ряда других профильных министерств. Приехали руководители более ста строительных и монтажных техникумов. Приехали с одной целью – выработать общую программу действий в новых условиях. На этом съезде было принято решение объединить в методическом, организационном, правовом плане все техникумы «под крышей» Минстроя России. Там же был создан Совет директоров из 14 человек.
 
- Огромную территорию России, еще задолго до идеи полпредств и федеральных округов, мы разделили на 14 регионов, каждый из которых был представлен в Совете одним человеком. В моем «координационном подчинении» оказались четыре техникума в Челябинской области: наш колледж, строительные техникумы в Магнитогорске, Катав-Ивановске и поселке Первомайском, а также Новотроицкий строительный техникум в Оренбургской области и Омский колледж транспортного строительства.
 
Работы было очень много – менялись требования, законодательство, условия. Нужно было объединить и проанализировать накопленный «опыт выживания», чтобы выработать единые и наиболее оптимальные рекомендации. Требовалось в хорошем смысле лоббировать интересы стройтехникумов в органах исполнительной и законодательной власти.
 
- Методическая координирующая работа набрала полновесные обороты в 1994 году, когда в Москве, на федеральном уровне, была создана школа передового опыта для директоров техникумов и других организаций. На ее занятиях я выступал не как слушатель, а как лектор – благо, нашему техникуму было чем поделиться с другими. В целом, Совет директоров и созданная структура под эгидой Госстроя России дали хороший толчок развитию среднего специального образования, решали серьезные задачи, максимально упрочили связи и деловые отношения. В такой форме единый координирующий орган существовал до 2002 года, а затем вопросы средне-специального образования перешли в ведение Министерства образования и науки РФ.
 
* * *
- Безусловно, мы как губки впитывали все новое – как в строительных и монтажных технологиях производства, так и в системе образования, совершенствуя учебный процесс. Без этого никакое движение вперед невозможно. В 2000 году мы вместе с С.Л. Родионовым загорелись новой идеей – внедрить в колледже систему менеджмента качества, стандарты ISO. Прошли основательную подготовку. Я сам четыре года занимался диссертацией по данному направлению. Начинали также с нуля, хотя сегодня система управления качеством является неотъемлемой частью любого уважающего себя предприятия.
 
* * * Опыт «выживания» оказался самым разнообразным. - Когда государственное финансирование было практически парализовано, техникумы «размораживались» десятками, останавливая учебный процесс посреди года. Ощущения не из приятных. Чтобы как-то выбраться, не увязнуть в трясине хозяйственных проблем, приходилось всеми правдами-неправдами изыскивать средства. Законодательство было сырым, приходилось использовать налоговые зачетные схемы, механизмы списания долгов и множество других схем-лазеек. Мы прошли массу таких вещей, о которых в цивилизованных странах даже представления не имели…
 
* * *
Когда был снят «железный занавес» с западным миром, Россия буквально ворвалась в Европу – поначалу за сладкой и красивой жизнью, а потом, рассудив, шла уже за новыми идеями. Директора предприятий, организаций, учреждений с горящими глазами изучали европейский уклад – экономический, образовательный, правовой. Затем, по возвращении, «переживали» идеи заново вместе со своими трудовыми коллективами и производственными возможностями.
 
- Мы также выбирались за рубеж, за новыми идеями, - рассказывает И.И. Тубер. – Были в Соединенных Штатах, Франции, Германии, Финляндии. Сразу оценили, насколько прагматична там устроена система профессионального образования. В Финляндии, например, учащиеся строительных специальностей проходят не только теоретический курс или изыскивают максимальное количество литературы по профилю, но и постоянно находятся в практической плоскости. Уже на 1 курсе группа начинает строить коттедж – с котлована и фундамента. А через три года специальная комиссия принимает готовый объект – под ключ.

Категория: Воспоминания, собранные ЛГ "Раритет" | Добавил: кузнец
Просмотров: 235 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: